Энергетика. LIVE

Литва собирается усилить сопротивление строительству БелАЭС

Вильнюс рассчитывает, что в ходе двусторонних переговоров с Минском сможет отложить начало работы атомной электростанции
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

ВИЛЬНЮС, 29 мая – Sputnik. Поставка ядерного топлива на БелАЭС побуждает Литву активнее добиваться максимальной "безопасности" строящейся станции и соглашений с соседями о том, что произведенная на ней электроэнергия не будет закупаться. Об этом заявил на заседании заместитель министра иностранных дел Альбинас Зананавичюс.

Подписант Акта 11 марта заявил о "позорном поражении" Литвы из-за БелАЭС

"Топливо было доставлено на площадку. И этот факт означает, что наши действия против Белорусской атомной станции будут только усиливаться", – отметил он.

По словам Зананавичюса, цель состоит в том, чтобы ЕС постоянно осуществлял мониторинг и усиливал давление на Минск с целью выполнения рекомендаций по стресс-тестам до начала эксплуатации объекта. Он также добавил, что двусторонние переговоры с Белоруссией направлены на то, чтобы отложить начало работы БелАЭС.

Кроме того, как подчеркнул вице-министр, Литве требуется поддержка Вашингтона.

"Стремимся, чтобы включить этот вопрос в двустороннюю повестку дня между США и Белоруссией. Мы просим США о большей поддержке в форматах МАГАТЭ", – сказал Зананавичюс.

Ранее Белоруссия завершила приемку ядерного топлива для первого блока атомной электростанции под Островцом.

В "Росатоме" рассказали о начале "горячей поры" в вопросе пуска БелАЭС

Белоруссия при участии "Росатома" строит атомную электростанцию в Гродненской области, примерно в 50 километрах от Вильнюса. В начале мая на объект доставили ядерное топливо для первого энергоблока.

В Литве выступают против проекта, называя БелАЭС несущей "угрозу" балтийской республике. Кроме того, Вильнюс высказывается против экспорта энергии с объекта и повсеместно призывает соседние республики не закупать электричество со станции.

Многие эксперты отмечали, что резкое сопротивление Вильнюса в вопросе БелАЭС обусловлено вовсе не технической или экологической стороной вопроса или безопасностью, а "обидой" за потерю Игналинской АЭС и боязнью потерять свои и без того слабые позиции на энергетическом рынке.