Семейные споры: в Литве взгляды на брак могут сломать политическую карьеру

Во время дебатов кандидатов в президенты Литвы — консерваторов Вигаудаса Ушацкаса и Ингриды Шимоните — проявились их разные взгляды на семью. Насколько это важно для литовского избирателя?
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

"Что касается семьи, то я глубоко убежден в том, что брак между мужчиной и женщиной является ядром нашего общества", — заявил Ушацкас.

Ушацкас и Шимоните разошлись во взглядах на семью в Литве

На вопрос, поддержал бы он однополое партнерство, политик ответил: "Партнерство я поддержал бы, но партнерство — это не семья. Я высказываюсь за то, что мы должны защищать семью как естественный, органический брак между мужчиной и женщиной, как одну из христианских ценностей, беречь ее и защищать. <…> Что я хочу сказать, и, возможно, в этом наши мнения расходятся, что я все равно никогда не уравнял бы однополое партнерство с семьей или браком".

Шимоните не была столь однозначной, однако основной вопрос заключается в другом — насколько взгляд на семью может влиять на предпочтения избирателей и какова ситуация в Литве в области отношений полов?

Не в первый раз

Этот вопрос в литовской политике был остро поставлен во время первой президентской кампании Дали Грибаускайте. Тогда распространились слухи, что у нее нетрадиционная сексуальная ориентация. Об этом говорили так же много, как и о сотрудничестве Грибаускайте с КГБ. В конце концов, нынешний лидер была вынуждена оправдываться и категорически заявить: "Если спрашиваете, являюсь ли я лесбиянкой, нет, я не являюсь". Однако на этом тема для нее и для Литвы не закрылась.

В 2010 году шествие гомосексуалов в Вильнюсе, которое было организовано только после решения суда и в котором приняли участие около 300 человек, охраняли почти 800 полицейских. Только это свидетельствует, что реакция общества на мероприятие была неоднозначной. Через три года ситуация не изменилась.

Поэтому неудивительно, что в 2013 году в ответ на вопрос журналистов, поддержала бы она узаконивание однополого партнерства в стране, Грибаускайте сказала, что "это очень преждевременные дискуссии в Литве, они только зарождаются" и, "когда созреет дело, тогда и решим". В 2015-м очень похоже высказалась тогдашний председатель Сейма Лорета Граужинене, отметив: "Против однополых браков, да, я против, думаю, наше общество к этому не готово, не созрело, и точно слишком рано об этом говорить".

В середине 2014 года известная защитница прав сексуальных меньшинств Литвы Мария Аушрине Павиленене констатировала: "Сексуальные меньшинства в Литве в первую очередь сталкиваются с ненавистью, издевательствами, открытым презрением гетеросексуалов. До сих пор в Литве избегают принять закон о партнерстве, в котором будут оговорены социальные гарантии партнеров различных полов и одного пола. Сексуальные меньшинства испытывают и осуждение церкви, а клерикалы советуют сожалеть о людях гомосексуальной ориентации как о морально заблудших и потенциально излечимых людях".

Недавний визит папы римского в Литву еще раз подтвердил, что консерватизм в ней жив. Наконец, в начале этого года опубликованные данные опроса показали, что 74 процента литовцев против легализации однополых браков. Правда, в 2016 году таких было 80 процентов. Изменяется ли ситуация?

Вода камень точит

Для западного общества, где категоричность является редким явлением, 74 процента — это очень много. С другой стороны, как упоминалось выше, число сторонников традиционных семейных ценностей в Литве уменьшается. В этом контексте необходимо выделить две вещи.

Вечная Грибаускайте для Литвы: почему Шимоните стала бешено популярна

Во-первых, оказывается, литовцы очень стойкие, если можно так выразиться, по отношению к пропаганде свободной любви, которая в Европе приобрела невиданные масштабы — такие, что гетеросексуалы уже начинают чувствовать себя меньшинством или даже извращенцами.

Во-вторых, целенаправленный процесс изменения общественного мышления продолжается. Например, те политики, журналисты и деятели культуры, которые осмеливаются поддержать классическую семью, сразу получают ярлык маргиналов, людей, не уважающих права и свободы человека. Другими словами, если хочешь скомпрометировать себя и свою карьеру, просто скажи, что нормальный брак — это союз мужчины и женщины.

Если консервативные настроения в государстве сильны, то ЛГБТ-активисты и их сторонники начинают действовать осторожно, но целенаправленно — постепенно приучая к мысли, что однополый брак является нормой, которая должна быть легализована, и такие пары должны иметь возможность иметь детей или усыновлять их.

Как это делается? Соответствующие проекты и общественные акции неправительственных организаций, новые учебники в школах, открытая демонстрация благосклонности к сексуальным меньшинствам со стороны политиков и знаменитостей и тому подобное. Например, в этом году министр иностранных дел Литвы Линас Линкявичюс встретился с представителями ЛГБТ-сообщества, чтобы выразить солидарность.

Возвращаясь к президентским выборам в Литве, можно предположить, что тема семейной политики в них не будет доминирующей по сравнению с международными отношениями и социально-экономическими вопросами. Однако та или иная позиция кандидатов по этому вопросу может повлиять на их популярность (особенно, если ее правильно преподнести).

Теоретически разумно попытаться угодить как традиционалистам, так и либералам. Ушацкас идет другим путем, и за это заслуживает уважения.

В общем и целом уважения достойно литовское общество, которое, несмотря на серьезное — прямое и косвенное — давление со стороны местных и европейских сторонников ЛГБТ, способно сохранить свою консервативную (если хотите, естественную) идентичность.

Семейные споры: в Литве взгляды на брак могут сломать политическую карьеру

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.