Реформы бывают разными. Особенно когда они школьные. Объединяет их пока что одно: радости они людям не прибавляют. Но литовская школьная реформа, пожалуй, стала одним из самых громких и неоднозначных событий последних лет в балтийских странах. Точнее, вызванный ею резонанс. Куда там Латвии с ее протестами: литовские педагоги пошли вразнос и объявили настоящую забастовку.
С отменой занятий, закрытием школ и даже тихим захватом Министерства образования. Многотысячные протесты, снятие министров — многие уже начали поговаривать о возможности повторения французского сценария. Мы решили посмотреть на все своими глазами и понять: с чего началось и чем все может закончиться.
Десять лет молчания
Если брать глобально, проблемы у учителей начались десять лет назад. В 2008 году грохнул кризис, вместе с кризисом дружно ухнули зарплаты педагогов. В общем шуме плач бюджетников особо не выделялся. Сладко никому не было. Шло время. Депутаты регулярно поднимали себе зарплаты, старательно игнорируя вежливое покашливание учителей. Кризисная страшилка потеряла свою актуальность за давностью лет, правительство усиленно вливало деньги в различные проекты, но бюджетные работники так и оставались малобюджетными.
Забастовку учителей называли и попыткой оппозиции подорвать власть, и торжеством народного гнева, и происками кремля, и просто провокацией.
В 2017 году был подписан коллективный договор, который касался реформы образования. В его подписании участвовали пять из шести профсоюзов. Один воздержался. Спустя два дня воздержавшийся выдвинул требования, противоречащие условиям договора. Тут-то все и началось. Так описывает ситуацию председатель Профсоюза работников просвещения Литвы Аудрюс Юргелявичюс.
![Хотели как лучше, вышло странно: забастовка учителей в Литве провалилась Хотели как лучше, вышло странно: забастовка учителей в Литве провалилась - Sputnik Литва](https://cdnn1.lt.sputniknews.com/img/785/59/7855969_0:0:2048:1366_600x0_80_0_0_3d25b792050e96a890d91d673e1bfe05.jpg)
Хотели как лучше, но получилось довольно странно: в ноябре этого года протестующие выдвинули требования, часть из которых была датирована задним числом. Выполнить их физически не представлялось возможным. Тогда и начался день учителя, длиною в жизнь.
Учителя стали бастовать. Бастовать серьезно, натурально прогуливая уроки. В некоторых школах это чувствовалось меньше — там к забастовке подключались один-два педагога. Некоторые бастовали скопом, и школа вообще не функционировала. Вместо несуществующих уроков детям предлагалось сидеть в актовом зале или проводить время с родителями. Дети ликовали, родители получали проблемы на работе, учителя отстаивали свои права.
Затем учителя пошли дальше и захватили Министерство образования и науки. Обошлось без фаеров и желтых жилетов: просто пришли и сказали, что останутся тут, пока с ними не переговорят. Действующий министр образования вызывал у всех негативные эмоции самим фактом своего существования, поэтому поговорить не удавалось. Учителей пытались выкурить, они стоически оставались на местах. В какой-то момент пришлось даже заходить через окна. Народ активно сопереживал педагогам.
Далее правящие поразмыслили и сделали неожиданный ход. В отставку отправились министры. Образования и науки, защиты окружающей среды и культуры. С первым вроде все понятно, остальные…
Забастовка без огонька
Народ вроде воодушевился: дело сдвинулось с мертвой точки. К педагогам вышел исполняющий обязанности министра образования и науки Рокас Масюлис и начал выслушивать. Скорбно кивая головой, он принимал все наболевшее, но не спешил давать обещания. Однако первый шаг к диалогу был сделан: педагогам официально разрешили оккупировать здание Министерства образования. Мол, сидите сколько хотите. Свободное перемещение, все дела. Уважаем ваше право на свободу самовыражения. Учителя обрадовались, а потом расстроились: легитимный протест утратил революционное звучание и стал обыденностью. На забастовку начали ходить как на работу. Искра пропала.
Общество тоже немного подустало. Одно дело — поддерживать протест угнетенных, но совсем другое — мириться с тем, что детей отправить некуда и оставить не с кем. Масштабный митинг бюджетников, который вроде был направлен на поддержку протестующих, по итогам сыграл против тех, кто заперся в уже не запертом министерстве. Оказалось, что другим тоже несладко. Но другие продолжают работать.
Дальше — больше. Премьер-министр Саулюс Сквернялис попытался усмотреть в протестах "руку Кремля" и обратился к спецслужбам. Кремль не успел испугаться, как президент Литвы Даля Грибаускайте заявила, что глупости это все и в этот раз рука Путина ни при чем: сами виноваты. Надо разбираться. Дальше глава государства внесла срочные поправки, Сейм их срочно принял. В общем, все завертелось. С 1 сентября следующего года учителям пообещали сделать хорошо. Ну или как минимум лучше.
Коллективный договор, заключенный в 2017 году, тем временем выполняется. Профсоюзы, которые не участвуют в забастовке, в это верят. Протестующим сочувствуют. Даже начали сбор средств, чтобы компенсировать их стоическую позицию. Правительство, в свою очередь, продолжает игнорировать одну из самых масштабных забастовок нового времени. Юридически она так и не состоялась. Платить за прогулы учителям, при всем уважении к гражданской позиции, никто не собирается.
Кто окажется прав по итогам: легитимные переговорщики или революционные протестующие — покажет 1 сентября. День знаний. Как бы там ни было, революции не случилось. Марсельеза не прозвучала, желтые жилеты не наделись. Уже хорошо. Будем пробовать по-хорошему.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.